Форум » РАЙ ФУТХИЛЛ. ДЕРЕВНЯ МАКДАУЭЛЛ-АНДЕРСОНОВ » Спальня » Ответить

Спальня

Британия: В комнате стоят три одинаковых кровати и мягкие кресла у камина. На пледах лежат шерстяные носки и свитера. В шкафах висят три толстые овчинные дубленки, рождественские шарфы, шапки и стоят валенки.

Ответов - 124, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 All

Дженни Брентон: Поспешно притянула к себе кота, чтобы тот, случаем, не раздумал к ней идти. Впрочем, тут же ослабила хватку, чтобы животное могло само разместиться на кровати, где ему захочется. Задержала взгляд на Элис и миссис Андерсон - знает ли та, что у Элис нет семьи? Отвлеклась, проверяя, не сбежал ли кот. Снова подняла глаза, когда уже началась сказка о коне. Да, конечно, читала ведь в сказках, что родители, как правило, матери, рассказывают детям на ночь сказки. Но это ведь в книжках - там в сказках еще и не такое напишут! Получается, что миссис Андерсон - как в настоящей сказке? То есть, наоборот... Запуталась, предпочтя следить за сюжетом, чем разбираться в видах сказочных и обычных родителей. Внимательно дослушала до "и вот как это случилось" и вопросительно посмотрела на хозяйку дома, ожидая продолжения.

Деревня Рай-Футхилл: Толстый кот, будучи перенесенным на кровать, сначала потоптался в ногах девочки, потом потоптался и покрутился по животу, но решил, что вне одеяла ему будет не очень тепло, залез внутрь, к Дженни под бок, свернулся там клубочком, и урчит.

Фенелла Андерсон: Ей всегда хотелось иметь много детишек, но пока получилась только одна Эбигейл, а ведь так здорово, когда вокруг много маленьких девочек, таких же чудесных как и эти. - У Доналда Мак-Грегора была дочь Морег, и отец нежно любил ее. Каждый год она уходила вместе с ним на летние пастбища и все длинные светлые дни просиживала у порога хижины за прялкой. Когда же наступали сумерки и лиловые тени на вереске сгущались, девушка спускалась на берег озера и сзывала свое стадо. Она босиком бежала с горы, уговаривая себя, что бояться нечего, — ведь отец не раз говорил ей, что ничего страшного тут нет. Но все-таки дрожь пробегала у нее по телу, когда она смотрела на тёмные воды озера, лизавшие травянистые берега, и опасливо вглядывалась в тени прибрежных рябин. Но домой она всегда возвращалась благополучно. А днём все её страхи пропадали. Она даже пела песни, когда сидела на солнышке за прялкой. Как-то раз ясным утром, когда Морег беззаботно вертела колесо своей прялки, перед нею вдруг возникло что-то тёмное и заслонило от неё солнце. Девушка оборвала песню и вскрикнула. — Я не хотел тебя пугать! — послышался ласковый голос. Морег подняла глаза и увидела, что перед ней стоит молодой человек, высокий, красивый, широкоплечий и, должно быть, очень сильный. Но он казался каким-то странным. Волосы и одежда у него были темные и такие мокрые, что с них вода капала. — Как это ты ухитрился так вымокнуть? — спросила его Морег. — Ведь на небе — ни облачка! — Да вот шёл я по берегу одного озерка, высоко в горах, — недолго думая, отвечал молодой человек, — поскользнулся и упал в воду. Ничего, на солнышке я скоро обсохну. Он сел на землю у ног Морег и принялся болтать с нею, да так весело, что она даже перестала прясть. Однако, несмотря на его любезное обхождение, и ласковые речи, и нежные взгляды, было в нем что-то странное, и Морег это чувствовала, но старалась об этом не думать. Но вот солнце озарило голову молодого человека, и он запустил руки в свои мокрые кудри. — Положи голову ко мне на колени, — сказала Морег, — я приглажу тебе волосы. Молодой человек положил голову на колени Морег, и она принялась осторожно расчесывать гребёнкой его темные кудри. Но вдруг замерла в ужасе. Она увидела, что между зубьев гребенки застряли тонкие зеленые водоросли и тина. Они были ей хорошо знакомы — точно такие же водоросли и тина запутывались в сетях её отца, когда он ловил рыбу в большом озере под горой. И вот теперь они оказались в волосах незнакомца. "Полно, да разве он человек? — подумала Морег. — Нет, это страшный Водяной Конь. Вышел из подводного логова и прикинулся молодым красавцем, чтобы зачаровать и погубить меня". Тут Водяной Конь заметил ужас в глазах девушки. А Морег со страшным криком столкнула с колен темнокудрую голову, вскочила, опрокинув прялку, и бросилась бежать. Не помня себя, она бежала вниз по крутому склону, а за нею, страшная при свете солнца, гналась огромная тень. И тень эта была темнее самых глубоких вод большого озера. Но Морег оказалась счастливей других жертв Водяного Коня. Ему не удалось догнать девушку — она успела добежать до ручейка, что журчал близ озера. И как только перепрыгнула через текучую воду, опасность миновала. С тех пор ни один человек не переступал порога белой хижины, что стояла на горном склоне, над колдовским озером. Не заходил в неё и сам хозяин — Доналд Мак-Грегор. Он так напугался, когда дочь его чуть не погибла, что с того дня уже не высмеивал рассказы про Водяного Коня. А развалины белой хижины до сих пор стоят в чаще кудрявого папоротника. Закончила рассказ сказки, заметив, что дочка уже сползла на подушку и с трудом держит глаза открытыми, Элис тоже дремлет. Наклонилась к Элис, поцеловала ее в голову, встала, подошла к Дженни, поцеловала и ее: - Спокойной ночи, милая, хорошо спи. Подошла к и Эбигейл, поцеловать ее на ночь и пожелать добрых снов. Погасила все свечки, и теперь комната освещается только камином. Выходя, оглянулась на девочек: - Завтра сочельник.

Дженни Брентон: Пока слушала сказку, сползла вместе с подушкой, устраиваясь на кровати. Свернулась вокруг кота, осторожно прижимая его к себе. Настороженно посмотрела на миссис Андерсон - кажется, для Морег эта история не закончится счастливо. И вот когда уже была готова к невеселому финалу в духе историй на уроке ЗОТИ, когда кто-то кого-то обязательно убивал и становился темным существом, все закончилось вполне благополучно. Умиротворенно улыбнулась. - Спасибо, мэм. Доброй ночи, мэм. Завернулась в одеяло, наблюдая из-под полуприкрытых век, как темнеет в комнате. Как было бы здорово, если бы оказалось, что Андерсоны - это и есть родители Элис. А Эбигейл - ее младшая сестра. Закрыла глаза. И что, что Элис не рыжая? Совсем это ничего не значит. Она вполне может быть Андерсон тоже, просто как-то потерялась в свое время. Конечно, потерялась - Андерсоны такие замечательные - они не отдают детей магглам. А вдруг - отдают? Эбигейл же говорила что-то на счет того, что если бы ее обижали магглы, за нее не стали бы заступаться. Прислушалась к затихающему мурлыканью кота. Нет, они бы не отдали Элис добровольно уж точно. Соорудила из одеяла небольшое отверстие в районе головы кота, чтобы тому было чем дышать. А в Брентон-холле сейчас, наверняка, совсем тихо - ее семья предпочитает эти дни проводить в гостях. Только наряженная елка стоит одна в гостиной. А завтра Сочельник...

Элис Граффад: C удивлением, сквозь полуприкрытые глаза, заметила, как миссис Андерсон садится на край ее кровати, начиная свой рассказ. Так удивительно... иногда, когда она была совсем маленькой, нянюшки приходили вечером в детскую спальню и рассказывали сказки, но они всегда сидели в кресле у входа, а потом и вовсе перестали, говоря, что это глупости и благовоспитанные барышни обойдутся без этого. Голос и теплые руки миссис Андерсон убаюкивали и были такими уютными! Никогда не знала, что может быть так тепло. Значит, семья - это вот так? Санки, теплый суп на кухне и сказка на ночь?.. Это волшебно. Какая же Эби счастливая! За мыслями почти пропустила часть истории, но конец услышала. И конец тоже был счастливым. Казалось, весь день сегодня был пропитан им - счастьем, и все тревоги, все заботы исчезли и отступили далеко-далеко, словно и нет их вовсе. Как же все это здорово! - Спасибо, мэм. - Улыбнулась уже в полусне. - Спокойной ночи!

Эбигейл Андерсон: Отогрелась под теплым одеялом. Все входило на круги своя: никаких общих спален, никакой странной пустоты в голове, никакого беспокойства, разве что за миссис Сильвер - как она там... а все остальные здесь. Уже засыпая, подумала, что когда она выучится, то станет очень хорошей волшебницей, и откроет что-то, чего еще не было. И покажет мистеру Нортону жмыря, а девочкам завтра... Завтра надо встать пораньше, еще до заутренней. Высунула нос из-под одеяла. В комнате уже было темно, лишь камин бросал светлое пятно отсвета. А в окне на небе ярко горел Сириус. Закрыла глаза, окончательно засыпая.

Деревня Рай-Футхилл: На деревню опустилась ночь. В комнате девочек все спали, и домовые, и другие хранители оберегали их сон. Часы в гостинной внизу гулко пробили, сначала полночь, потом час ночи, потом два... Все спали.

Эбигейл Андерсон: В тишине ночи, сквозь дрему прислушалась к бою часов: один удар, второй, третий, четвертый, пятый... Пять! Вставать же пора! Подскочила в кровати, тут же ежась от холода. Камин уже давно не горел, а лишь тлел углями, а новые дрова домовые эльфы еще не подкинули - рано. Вылезла из-под теплого одеяла, натягивая на себя носки и халат, и пошла тормошить девочек: - Дженни! Элис!! Просыпайтесь, уже пять! Надо идти, а то не успеем! Ну вставайте же!

Дженни Брентон: Проснулась, резко открыла глаза и села на кровати. - Что? Что случилось? Обвела непонимающим взглядом спальню, силясь понять, откуда исходит угроза, и что можно сделать, если колдовать им запрещено сейчас.

Элис Граффад: - Что? - Резко села на кровати, открывая глаза и протягивая руку за палочкой. - Эби? Что случилось? - Нахмурилась, оглядывая комнату и просыпаясь окончательно, все равно снилась какая-то ерунда.

Эбигейл Андерсон: - Вот вы нервные, - покачала головой, и стала стаскивать с них одеяло. - Вставайте, нам надо выходить, чтобы успеть вернутся к сочельнику! Вы же слышали, вчера мамочка сказала, что Марта буран закладывает, нельзя такое пропустить! Вставайте же! И одевайтесь тепло, очень тепло, на улице стужа! Вон, в шкафу все есть, не до красоты сейчас, идти долго по лесу. Сама же уже поскочила к шкафу, натягивая на себя и теплые штаны, и двойные носки, и майку-кофту-свитер, и валенки, и подпрыгивает чтобы снять тулуп с вешалки, уже натянув на себя шапку с большим помпоном.

Дженни Брентон: Укоризненно посмотрела на рейвенкловку, затем - на темноту за окном. - Эбигейл...- сползла обратно в кровать, натянула одеяло до подбородка. - Там же ночь. Может, чуть позже, а?

Элис Граффад: - А что значит "закладывает буран"? - Легко спрыгнула с кровати, выкидывая из головы остатки небылицы - приснится же такое, Дженни, которая кого-то пытает. Ерунда. Открыла шкаф, разглядывая содержимое. Приподняв бровь в легком удивлении, посмотрела на Эби и то, как она одевается, и повторила в точности. Казалось, что у Андерсонов все не так, и даже одежда - другая.

Эбигейл Андерсон: Подбежала к кровати Дженни, и активно стягивает одеяло, за которое Дженни цепляется. - Нет, никаких попозже! Нам в горы идти, а потом обратно спускаться, а буран уже начнется, и надо же все успеть, потому что в темноте идти плохо, а йоль недавно совсем был, и день совсем короткий. Тянет одеяло: - Дома совсем не интересно: матушка будет готовить ужин для сочельника, ей все будут мешаться, она будет ворчать, или посадит картошку чистить без помощи магии, или подметать гостинную! Запыхалась в теплой одежде. Хорошо, что хотя бы Элис уже оделась. - Марта - это отцовская ветка, она же бабка-буря, она управляет погодой, и каждый год она делает буран на рождество!

Дженни Брентон: Сдалась, с неохотой отдавая Эбигейл одеяло. Села на кровати, обняв себя за плечи, поежилась. Взглянула на собравшуюся Элис, вздохнула. Выползла из кровати, принялась переодеваться. Добавила к своей обычной одежде второй свитер, теплые колготы и носки. Заглянула в шкаф, извлекла валенки и тулуп, надела все это на себя. Вспомнила про шапку и шарф, кое как нацепила. Все еще сонным голосом спросила: - Буран? А она... она не будет против, что мы придем? Посмотрела на Эбигейл и Элис в зимнем облачении и не удержала улыбки.



полная версия страницы